Воспоминания о туши.

[sertoun]

(посвящается сподвигнувшей меня на длинный постинг red_cat)

Мне было 13 лет, я заканчивала 8 класс. За культовой Голубой Тушью (по пять рублей, между прочим, чтоб вы знали - знаете, сколько это несъеденных завтраков, вы, поколение-пепси, блин?) мы с Катькой ездили в Комок На Новом Арбате. Помните ли Вы эти "коммерческие отделы" в магазинах (как будто весь остальной магазин был некоммерческий, да)? Помните ли вы их так, как помню их я? По-омнишь? Да нет, нифига ты не помнишь... А для нас это был ритуал, это было целое событие ("Поехали завтра на Калининский?") - мы встречались на Ногина, и ехали до Арбатской. Выходили - и шли к переходу. О нет, мы презрительно проходили мимо цыганок, которые, устремив глаза куда-то вдаль, как бы про себя бубнили "Памада, памада, девачки, памаду пакупаем, памада, тушь, тушь, тушь...". Покупать у цыганок было моветон. Потому что, как всем известно, от их помады, во-первых, губы синеют, а во-вторых, Олька у них купила помаду "Мокко" (а вот, кстати, вопрос на засыпку - какой цвет обозначался этим словом, "Мокко"? коричневый? садитесь, два. Вы, значит, в то время не красились ещё. Или уже. Или просто забыли. Потому что термином "Мокко" обозначался изумительный ядовито-розово-фиолетовый с блеском, близкий к ) - так вот, Олька у них купила помаду Мокко, а оказалось, что там мокко только миллиметр, а внутри гигиеническая помада, а она, между прочим, за неё денег заплатила.

Да, мы проходили мимо цыганок, далее - последовательно мимо рисовальщиков шаржей, мимо собственно рисовальщиков - "Девушка, нарисую портрет - хотите?" - кивком головы обозначалось "нет", и даже без кивка головы - мы обсуждали какие-то страшно важные наши проблемы, а внутри победоносно пели скрипки - ишь ты, "де-евушка"... Меня таки нарисовали один раз, и красиво нарисовали, и обещали бесплатно, но потом этому рисовальщику понравился этот ммм портрет, и он мне его не отдал. Было жалко.

Но я отвлеклась. Мимо рисовальщиков мы проходили, и мимо матрёшечников, и мимо шкатулочников, и мимо иностранных туристов и прочих гостей нашей столицы, и дойдя до (некоего) переулка - съедали там по горячему бутерброду, отстояв очередь. Вкусные бутерброды были, а может, мы были голодными.

И опять я отвлеклась, но мы уже почти пришли. Осталось переулком пройти со Старого Арбата - к Новому, тогда ещё Калининскому. Стеклянные двери, и направо, рядом-с-под-лестницей, там теперь не то "хозтоварный" отдел, не то ещё какая-то неромантическая дребедень. А тогда там вечно толклась толпа, не купить, так хоть посмотреть. Нам, между прочим, не посмотреть, мы по делу. Вы стоите? Я за вами буду.

Тушь... Сумасшедше-голубого акварельного цвета, берлинская лазурь и июньское небо, просто вырви-глаз какого цвета эта тушь была, и раз уж я начала рисовать квадратики с цветами, то была эта тушь цвета . Нещадно сыпавшаяся при каждом моргании, и растекавшаяся уже к пятому уроку, а перед физрой её вообще нельзя было, потому что под глаза вся осыпалась. Краситься ею у нас в школе было почётно, такая тушь была не у всех, а у кого не было, те, яростно завидуя, говорили, что синяя тушь-де уже не в моде, и уж Надьке-то точно не идёт. Надька же, напротив, утверждала, что голубая тушь ей к лицу, а кто говорит по-другому, тот ничего не понимает. Тушью красились в женском туалете на третьем этаже, по-взрослому поднимая брови и задерживая дыхание.

Я вот всё думаю - хоть одна тушь с тех пор приводила меня в такое же восторженное настроение, сколько та, голубая, акварельная и по цвету и по качеству, тушь в пластике без опознавательных знаков?